с.505
М.Ф.Кшесинская, исполняя в Мариинском театре роль бедной поселянки в одном из балетов, появилась на сцене при всех своих ослепительных драгоценностях. Волконский воспротивился, потребовал, чтобы эти бриллианты, жемчуга и изумруды были сняты, как не соответствующие роли. Кшесинская не пожелала подчиниться до очевидности разумному требованию. Тогда Волконский наложил на нее штраф. Кшесинская сочла себя оскорбленной и обжаловала приказ директора через великих князей на высочайшее имя. Николай II штраф отменил. Волконский оказался более чем в неудобном положении – и подал в отставку. Как ни стремился Николай II уладить этот инцидент, Волконский настоял на своем и покинул пост директора. Несомненно, этот поступок характеризует Волконского как человека принципиального – в этом вопросе все были на его стороне.
с.56—561
Представление «Маскарада» назначенное на 27 февраля 1917 г., не состоялось.
Начались напряженные дни, которые запечатлелись в моей памяти, главным образом, из-за непрекращавшихся ни днем ни ночью обысков. Искали городовых, которые по распоряжению Протопопова были рассажены по чердакам зданий и обстреливали народ из пулеметов.
Я жил на верхнем этаже, над моей квартирой – чердачные окна. А тут еще ночью ко мне явилась растерянная М.Ф.Кшесинская – она бежала из своего дворца, расположенного недалеко от моего дома, - и теперь искала у меня убежища, опасаясь эксцессов – не без основания…
понедельник, 13 сентября 2010 г.
«Российский Императорский Дом. Дневники.Письма.Фотографии». Составители: А.Н.Боханов, Д.И.Исмаил-Заде. М., 1992.
с.169-170
Великий князь Сергей Михайлович
М.Ф.Кшесинской.
7 декабря 1905 г. Петербург.
Милый дорогойчик!
Несколько дней я не писал, потому что в твоей телеграмме сказано «подробности письмом», и я думал, что на днях получу и тогда отвечу. Письма с подробностями до сих пор нет. Василия (лакея – авторы) и повара (Денис- авторы) мы приготовили, т.е. взяли паспорта. Что касается Лели, то Ольга Федоровна (Боркенгаген – авторы) ее не отпускает, потому что себя дурно чувствует, часто болеет и боится остаться несколько месяцев одной. Таракашку взять можно, только бедный – ему придется ехать в собачьем отделении. В России кое-как можно упросить, а за границей это очень строго. Ведь они не подадут экспресса, где собаки допускаются. Купоны взяты, деньги получил и на днях пошлю. В понедельник банки еще не получали переводов. Если прием еще не открыт, то я пошлю с фельдегерем, который идет со двора за границу. Оттилия попросилась в отпуск, и мы с Юлией решили ее совсем отпустить; кроме того, Юлия (Кшесинская Юлия Феликсовна-В.С.) посоветовала рассчитать судомойку и повара Николая, т.к. они ничего не делают и получают деньги даром. Все они отпущены с тем, что когда ты вернешься, то их возьмут. А т.к. ты Оттилию давно собиралась отпустить, то ей ничего не сказали насчет возвращения к тебе.
За последнее время произошло много арестов и возбуждено много судебных дел против печати. Ответом на это будет, вероятно, забастовка. По крайней мере, революционные комитеты объявили ее на сегодня. Удастся ли всеобщая забастовка или нет, трудно сказать. За последнее время многие стали отрезвляться и правительственная партия усиливается. В Лифляндской и Курляндской губерниях, открытое восстание и объявлена республика. Туда снаряжены отряды для покорения. С Кавказа приходят самые тревожные слухи, но официальных сообщений нет. Из Харбина вот уже три недели, как не получается ни одной телеграммы. Аграрные порядки охватили всю Россию. Масса знакомых, считавшихся богатыми, превратились в нищих. Масса старых усадеб с историческими редкостями и библиотеками предана огню. Во многих местах происходят возмущения в войсках, которые пока, слава Богу, быстро прекращаются. Вся цель революционеров – развратить войска, но но пока это плохо удается. Следствие про Юза (пощечина, которая Иосиф Кшесинский дал одному из артистов. Кшесинский был на десять лет изгнан из театра – авторы) окончено, но Фредериксу еще не доложено. Вчера я еще раз говорил с Фредериксом, он мне сказал, что по сведениям, которые он получил, большая часть труппы на стороне Крупенского и что в инциденте Юза очень виновата Павлова. Насчет возвращения Юза он стоит на своем, что ему на службу вернуться немыслимо. Никакие, мол, доводы на него не действовали. Очевидно, его так настроил Теляковский. Правда, он мне ответил, что у него доклада еще не было и он все знает только по слухам. Теперь надо подождать результата следствия, и потом, если будет неудача, то тогда Юз подаст прошение на Высочайшее имя. На днях в одном сатирическом журнале появилась следующая насмешка: «Совет Министров значительно изменил свои взгляды на польскую автономию и решил присвоить обширному дворцу г-жи Кшесинской ныне название «Крумство Кшесинское» (Крумство (польск.) – ломтик земли, краюшка). Это бессмысленно глупо, а все же траля. На этом кончаю. Да прости Господь Тебя и Вову (сын М.Ф.Кшесинской- авторы).. Крепко, крепко обнимаю Вас и целую.
Твой Сергей.
(ЦГАОР, сейчас ГАРФ. Ф.684, оп.1, д.25, л.1-3-об.).
с.190-191
Великий князь Сергей Михайлович Великому князю Николаю Михайловичу.
9 марта 1917 г. Ставка.
Марков мне в письме передал твое поручение о том, чтоб все мои служащие, живущие во дворце и при запасном доме, и моторы, стоящие в гараже, прекратили бы свои сношения с домом на Петроградской (Дворец Кшесинской – В.С.). Не знаю, чем вызвано такое твое желание. Я этим ужасно огорчен, и мне очень было больно узнать об этом. Ты знаешь, как я привязан к Вове, и как я горячо люблю, и как он ко мне привязан. Ты знаешь, что я живу с Малечкой 22 года (это не в смысле физическом, но живу одним домом и одними средствами. Конечно, ты понимаешь, как я волновался и беспокоился за их целость).Мне кажется, я мог бы рассчитывать на твою дружбу, и рассчитывал на тебя, что в случае большой опасности для них я могу обратиться к тебе с просьбой уберечь их. Какое тяжелое разочарование для моих братских чувств, я всегда смотрел на тебя как на самого близкого ко мне брата! Не знаю, что и думать.
….То, что ты пишешь о Малечке, прямо ужасно (В Петрограде муссировались слухи о якобы причастности М.Ф.Кшесинской к махинациям в артиллерийских поставках, осуществлявшихся через возглавляемое Сергеем Михайловичем артиллерийское ведомство - авторы). Я не знаю, кто против нее озлоблен, и причины этого озлобления кроются только либо в личных счетах по сцене, либо во вздорных слухах. Я клянусь перед образом, что за ней ни одного преступления. Если ее обвиняют во взятках, то это сплошная ложь. Все ее дела вел я, и я могу представить, кому нужны, все самые точные данные, какие деньги у нее есть и были, откуда они поступили. Я знаю, что ее дом грабили и грабят; воображаю, сколько дорогих и художественных вещей пропало! Неужели ты не веришь твоему брату, который клянется, а веришь слухам, которые распускают злонамеренные люди? Что было мое, все должно было перейти Вове. И что же теперь мы – нищие из-за слухов, распускаемых неизвестно кем! Я думаю, что раз ты хорош со всеми, я мог бы обратиться к тебе за защитой, но теперь, после получения, я окончательно убедился, что ты для меня пропал. Ты пишешь, что если если я приеду, чтобы я не смел с ними видеться. Что же я подлец, я брошу свою жену (гражданскую) и своего мальчика? Нет, я всю жизнь был честным и благородным, таким и останусь.
(ЦГАО, сейчас ГАРФ, Ф.670, оп.1, д.185, л.1-6).
с.197-198
М.Ф.Кшесинская Великому князю Сергею Михайловичу.
28 мая 1915 г. Стрельна.
Дорогой Сергей!
Сейчас получила твое письмо от 26 мая. Я и так собиралась тебе написать сегодня, а теперь, получив твое письмо, я спешу ответить тебе и сказать, как мне больно и обидно за тебя. Я вчера узнала об отставке Кузьмина-Караваева и сразу подумала, что если это сделано без твоего ведома, то тебе это будет очень обидно. Очень, очень огорчило меня твое письмо, так грустно, что теперь, когда тебе нужно спокойствие, у тебя такие неприятности, но все же убеждена, что это не может поколебать общее мнение о твоих громадных заслугах, и, как только ты совсем поправишься, все пойдет гладко, а теперь, конечно, пользуются, что ты уехал,
- Я очень надеюсь, что лечение, о котором ты пишешь, принесет тебе пользу. Переехали на дачу очень удачно, и вчера и сегодня хорошая погода, но довольно свежо, а до этого два дня были дожди. Все автомобили доехали благополучно. Вова счастлив на даче, особенно бросается в глаза, как он за зиму пополнел. Я тоже рада переехать, все же здесь спокойнее, а в городе за последние дни так устала, что сил совсем не было. Клавдия (Куличевская – авторы), конечно, надула, Г.А. уехал, Клавдия может приехать только после 1 июня. Приехал Андрей (великий князь Андрей Владимирович – авторы), но ненадолго.
Завтра еду в город и на будущей неделе раза три поеду, много чего не успела там сделать, а из-за Вовы нельзя было откладывать переезд. Вчера и сегодня я здесь отдохнула. – Когда в день твоего отъезда мы уехали с вокзала, то поехали купить ошейник для Кити, я думала, что успею еще завезти до отхода поезда, но, к сожалению, все магазины уже были закрыты. – Вова радовался, когда я читала ему сегодня твою телеграмму, что ты безгранично благодаришь Сережу за письмо. Вовка нарочно писал письмо Сережи с ошибками, а свое, без моей помощи, написал без ошибок. Вчера нашла несколько подберезовиков. – Завтра это письмо повезу в город и пошлю в контору. Крепко, крепко тебя целую и обнимаю.
Твоя Маля.
(ЦГАОР, теперь ГАРФ, Ф.684, оп.1, л.4-5-об.)
Великий князь Сергей Михайлович
М.Ф.Кшесинской.
7 декабря 1905 г. Петербург.
Милый дорогойчик!
Несколько дней я не писал, потому что в твоей телеграмме сказано «подробности письмом», и я думал, что на днях получу и тогда отвечу. Письма с подробностями до сих пор нет. Василия (лакея – авторы) и повара (Денис- авторы) мы приготовили, т.е. взяли паспорта. Что касается Лели, то Ольга Федоровна (Боркенгаген – авторы) ее не отпускает, потому что себя дурно чувствует, часто болеет и боится остаться несколько месяцев одной. Таракашку взять можно, только бедный – ему придется ехать в собачьем отделении. В России кое-как можно упросить, а за границей это очень строго. Ведь они не подадут экспресса, где собаки допускаются. Купоны взяты, деньги получил и на днях пошлю. В понедельник банки еще не получали переводов. Если прием еще не открыт, то я пошлю с фельдегерем, который идет со двора за границу. Оттилия попросилась в отпуск, и мы с Юлией решили ее совсем отпустить; кроме того, Юлия (Кшесинская Юлия Феликсовна-В.С.) посоветовала рассчитать судомойку и повара Николая, т.к. они ничего не делают и получают деньги даром. Все они отпущены с тем, что когда ты вернешься, то их возьмут. А т.к. ты Оттилию давно собиралась отпустить, то ей ничего не сказали насчет возвращения к тебе.
За последнее время произошло много арестов и возбуждено много судебных дел против печати. Ответом на это будет, вероятно, забастовка. По крайней мере, революционные комитеты объявили ее на сегодня. Удастся ли всеобщая забастовка или нет, трудно сказать. За последнее время многие стали отрезвляться и правительственная партия усиливается. В Лифляндской и Курляндской губерниях, открытое восстание и объявлена республика. Туда снаряжены отряды для покорения. С Кавказа приходят самые тревожные слухи, но официальных сообщений нет. Из Харбина вот уже три недели, как не получается ни одной телеграммы. Аграрные порядки охватили всю Россию. Масса знакомых, считавшихся богатыми, превратились в нищих. Масса старых усадеб с историческими редкостями и библиотеками предана огню. Во многих местах происходят возмущения в войсках, которые пока, слава Богу, быстро прекращаются. Вся цель революционеров – развратить войска, но но пока это плохо удается. Следствие про Юза (пощечина, которая Иосиф Кшесинский дал одному из артистов. Кшесинский был на десять лет изгнан из театра – авторы) окончено, но Фредериксу еще не доложено. Вчера я еще раз говорил с Фредериксом, он мне сказал, что по сведениям, которые он получил, большая часть труппы на стороне Крупенского и что в инциденте Юза очень виновата Павлова. Насчет возвращения Юза он стоит на своем, что ему на службу вернуться немыслимо. Никакие, мол, доводы на него не действовали. Очевидно, его так настроил Теляковский. Правда, он мне ответил, что у него доклада еще не было и он все знает только по слухам. Теперь надо подождать результата следствия, и потом, если будет неудача, то тогда Юз подаст прошение на Высочайшее имя. На днях в одном сатирическом журнале появилась следующая насмешка: «Совет Министров значительно изменил свои взгляды на польскую автономию и решил присвоить обширному дворцу г-жи Кшесинской ныне название «Крумство Кшесинское» (Крумство (польск.) – ломтик земли, краюшка). Это бессмысленно глупо, а все же траля. На этом кончаю. Да прости Господь Тебя и Вову (сын М.Ф.Кшесинской- авторы).. Крепко, крепко обнимаю Вас и целую.
Твой Сергей.
(ЦГАОР, сейчас ГАРФ. Ф.684, оп.1, д.25, л.1-3-об.).
с.190-191
Великий князь Сергей Михайлович Великому князю Николаю Михайловичу.
9 марта 1917 г. Ставка.
Марков мне в письме передал твое поручение о том, чтоб все мои служащие, живущие во дворце и при запасном доме, и моторы, стоящие в гараже, прекратили бы свои сношения с домом на Петроградской (Дворец Кшесинской – В.С.). Не знаю, чем вызвано такое твое желание. Я этим ужасно огорчен, и мне очень было больно узнать об этом. Ты знаешь, как я привязан к Вове, и как я горячо люблю, и как он ко мне привязан. Ты знаешь, что я живу с Малечкой 22 года (это не в смысле физическом, но живу одним домом и одними средствами. Конечно, ты понимаешь, как я волновался и беспокоился за их целость).Мне кажется, я мог бы рассчитывать на твою дружбу, и рассчитывал на тебя, что в случае большой опасности для них я могу обратиться к тебе с просьбой уберечь их. Какое тяжелое разочарование для моих братских чувств, я всегда смотрел на тебя как на самого близкого ко мне брата! Не знаю, что и думать.
….То, что ты пишешь о Малечке, прямо ужасно (В Петрограде муссировались слухи о якобы причастности М.Ф.Кшесинской к махинациям в артиллерийских поставках, осуществлявшихся через возглавляемое Сергеем Михайловичем артиллерийское ведомство - авторы). Я не знаю, кто против нее озлоблен, и причины этого озлобления кроются только либо в личных счетах по сцене, либо во вздорных слухах. Я клянусь перед образом, что за ней ни одного преступления. Если ее обвиняют во взятках, то это сплошная ложь. Все ее дела вел я, и я могу представить, кому нужны, все самые точные данные, какие деньги у нее есть и были, откуда они поступили. Я знаю, что ее дом грабили и грабят; воображаю, сколько дорогих и художественных вещей пропало! Неужели ты не веришь твоему брату, который клянется, а веришь слухам, которые распускают злонамеренные люди? Что было мое, все должно было перейти Вове. И что же теперь мы – нищие из-за слухов, распускаемых неизвестно кем! Я думаю, что раз ты хорош со всеми, я мог бы обратиться к тебе за защитой, но теперь, после получения, я окончательно убедился, что ты для меня пропал. Ты пишешь, что если если я приеду, чтобы я не смел с ними видеться. Что же я подлец, я брошу свою жену (гражданскую) и своего мальчика? Нет, я всю жизнь был честным и благородным, таким и останусь.
(ЦГАО, сейчас ГАРФ, Ф.670, оп.1, д.185, л.1-6).
с.197-198
М.Ф.Кшесинская Великому князю Сергею Михайловичу.
28 мая 1915 г. Стрельна.
Дорогой Сергей!
Сейчас получила твое письмо от 26 мая. Я и так собиралась тебе написать сегодня, а теперь, получив твое письмо, я спешу ответить тебе и сказать, как мне больно и обидно за тебя. Я вчера узнала об отставке Кузьмина-Караваева и сразу подумала, что если это сделано без твоего ведома, то тебе это будет очень обидно. Очень, очень огорчило меня твое письмо, так грустно, что теперь, когда тебе нужно спокойствие, у тебя такие неприятности, но все же убеждена, что это не может поколебать общее мнение о твоих громадных заслугах, и, как только ты совсем поправишься, все пойдет гладко, а теперь, конечно, пользуются, что ты уехал,
- Я очень надеюсь, что лечение, о котором ты пишешь, принесет тебе пользу. Переехали на дачу очень удачно, и вчера и сегодня хорошая погода, но довольно свежо, а до этого два дня были дожди. Все автомобили доехали благополучно. Вова счастлив на даче, особенно бросается в глаза, как он за зиму пополнел. Я тоже рада переехать, все же здесь спокойнее, а в городе за последние дни так устала, что сил совсем не было. Клавдия (Куличевская – авторы), конечно, надула, Г.А. уехал, Клавдия может приехать только после 1 июня. Приехал Андрей (великий князь Андрей Владимирович – авторы), но ненадолго.
Завтра еду в город и на будущей неделе раза три поеду, много чего не успела там сделать, а из-за Вовы нельзя было откладывать переезд. Вчера и сегодня я здесь отдохнула. – Когда в день твоего отъезда мы уехали с вокзала, то поехали купить ошейник для Кити, я думала, что успею еще завезти до отхода поезда, но, к сожалению, все магазины уже были закрыты. – Вова радовался, когда я читала ему сегодня твою телеграмму, что ты безгранично благодаришь Сережу за письмо. Вовка нарочно писал письмо Сережи с ошибками, а свое, без моей помощи, написал без ошибок. Вчера нашла несколько подберезовиков. – Завтра это письмо повезу в город и пошлю в контору. Крепко, крепко тебя целую и обнимаю.
Твоя Маля.
(ЦГАОР, теперь ГАРФ, Ф.684, оп.1, л.4-5-об.)
А.В.ШИРЯЕВ. Петербургский балет. Воспоминания. ВТО, Л,.1941.
(Окончил Театральное училище в 1885. Внук композитора Цезаря Пуни, сын артиста балета Мариинского театра Гектора (Виктора) Пуни (+1889) и балетной артистки Е.К.Ширяевой)
с.46-47
Кроме «Спящей красавицы», в которой Брианца танцевала Аврору, для нее был поставлен «Калькабрино». Балет очень подходил к хореографическим возможностям Брианцы. В нем все было подогнано к ней, как по мерке; смуглая брюнетка с черными глазами, она действительно выглядела какой-то чертовкой. Зато с «Царем Кандавлом» Брианце не повезло. В этом балете она публике не понравилась и покинула Петербург, даже не донца срока, обусловленного контрактом дирекцией. Вопреки установившейся практике, балет в течение почти года обходился без гастролеров.
Этим обстоятельством не преминула воспользоваться М.Ф.Кшесинская, тогда еще солистка, но уже претендовавшая на положение балерины. Опираясь на свои связи при дворе, она захватила бывший балет Брианцы «Калькабрино» и выступала в нем не без успеха. Сделавшись впоследствии балериной, она до самого конца своей службы в балете монополизировала все лучшие и выигрышные для балерины партии. Другим танцовщицам, как бы одарены они ни были, предоставлялось только то, что не привлекало Кшесинскую. За свой репертуар Кшесинская держалась очень крепко. И горе тому, кто посмел бы на него посягнуть!
с.50
В конце 1892 г. прибыла на Мариинскую сцену восьмая по счету из гастролировавших у нас в конце прошлого века итальянских балерин. Это была Пьерина Леньяни.
Можно смело сказать, что в ее лице мы увидели первую в мире балерину конца прошлого века; то, что она показала в области танцевальной техники было достоянием ее одной и во всяком случае превысило все наши ожидания.
с.51
По-моему, современные танцовщицы технически не превзошли Леньяни, а кое-что технически Леньяни делала и виртуознее их.Леньяни пробыла в составе петербургского балета до 1901 года.
с.54
Если не все наши лучшие танцовщицы пошли по следам итальянок и посвятили себя виртуозному жанру танцев, все же благодаря итальянскому экзерсису они достигли чрезвычайного усовершенствования своего искусства, подняв свою квалификацию до высот, о которых в прежнее время у нас и не помышляли.
Результаты сказались очень быстро. Они наглядно проявились, прежде всего, в мастерстве Кшесинской, очень сильной тер-а-терной танцовщицы, справлявшейся со всякими «итальянскими» трудностями и, что особенно выгодно для балерин, обладавшей удивительным умением себя «подать».
Очень много дала итальянская школа московской балерине, ныне народной артистке ССС, Екатерине Васильевне Гельцер. Как танцовщицу я всегда ставил ее выше Кшесинской. Отличаясь блестящей техникой, не уступавшей технике Кшесинской, танцы Е.В.Гельцер были значительно пластичней и мягче, чем у Кшесинской, грешившей иногда резкостью движений.
Всецело была обязана итальянской школе О.О.Преображенская, служившая отличным примером того, каких вершин может достигнуть танцовщица непрестанной работой над собой.
с.55
Совершенно в итальянском духе была и В.А.Трефилова, танцовщица с приятным, веселым лицом, очень напоминавшая мне Брианцу. Могу назвать еще Ю.Н.Седову, Л.Н.Егорову и А.Я.Ваганову – артисток, воспринявших от итальянской школы много полезного для себя.
с.56
Одновременно с Леньяни, разумеется, продолжала возглавлять нашу труппу Кшесинская, репертуар которой, благодаря захвату ею лучших свободных балетов, а также возобновлениям и новым постановкам, чрезвычайно расширился.
Неизменный успех Леньяни у публики был, конечно, Кшесинской, очень не по сердцу. Честолюбие все время толкало ее на разные интриги, чтобы выжить опасную соперницу. Это ей не удалось. На восьмом году службы в нашем балете Пьерина Леньяни принуждена была навсегда покинуть петербургскую сцену.
(Елена Гдльевна : мы рассматриваем историю через мемуары Кшесинской. Ей некому оппонировать, она всех пережила – В.С.)
с.82
(1904 год, юбилей Глинки, 100 лет). Картина балета «Боама» была поставлена по желанию Кшесинской, которой по видимости не давали покоя лавры, пожинавшиеся здесь в былое время Цуки.
с.92
(1906-1908). Летом я довольно часто гастролировал за границей, исполняя главным образом обязанности балетмейстера и выступая как артист. Всего я побывал за границей семь раз. Сначала я принимал участие в гастрольных поездках нашего балета, которые организовывал гельсинфорский кондитер Фацер. Балеринами у нас были Ии Т.П.Карсавина или Э.И.Лилль. Мы ездили преимущественно по разным городам Германии…
с.46-47
Кроме «Спящей красавицы», в которой Брианца танцевала Аврору, для нее был поставлен «Калькабрино». Балет очень подходил к хореографическим возможностям Брианцы. В нем все было подогнано к ней, как по мерке; смуглая брюнетка с черными глазами, она действительно выглядела какой-то чертовкой. Зато с «Царем Кандавлом» Брианце не повезло. В этом балете она публике не понравилась и покинула Петербург, даже не донца срока, обусловленного контрактом дирекцией. Вопреки установившейся практике, балет в течение почти года обходился без гастролеров.
Этим обстоятельством не преминула воспользоваться М.Ф.Кшесинская, тогда еще солистка, но уже претендовавшая на положение балерины. Опираясь на свои связи при дворе, она захватила бывший балет Брианцы «Калькабрино» и выступала в нем не без успеха. Сделавшись впоследствии балериной, она до самого конца своей службы в балете монополизировала все лучшие и выигрышные для балерины партии. Другим танцовщицам, как бы одарены они ни были, предоставлялось только то, что не привлекало Кшесинскую. За свой репертуар Кшесинская держалась очень крепко. И горе тому, кто посмел бы на него посягнуть!
с.50
В конце 1892 г. прибыла на Мариинскую сцену восьмая по счету из гастролировавших у нас в конце прошлого века итальянских балерин. Это была Пьерина Леньяни.
Можно смело сказать, что в ее лице мы увидели первую в мире балерину конца прошлого века; то, что она показала в области танцевальной техники было достоянием ее одной и во всяком случае превысило все наши ожидания.
с.51
По-моему, современные танцовщицы технически не превзошли Леньяни, а кое-что технически Леньяни делала и виртуознее их.Леньяни пробыла в составе петербургского балета до 1901 года.
с.54
Если не все наши лучшие танцовщицы пошли по следам итальянок и посвятили себя виртуозному жанру танцев, все же благодаря итальянскому экзерсису они достигли чрезвычайного усовершенствования своего искусства, подняв свою квалификацию до высот, о которых в прежнее время у нас и не помышляли.
Результаты сказались очень быстро. Они наглядно проявились, прежде всего, в мастерстве Кшесинской, очень сильной тер-а-терной танцовщицы, справлявшейся со всякими «итальянскими» трудностями и, что особенно выгодно для балерин, обладавшей удивительным умением себя «подать».
Очень много дала итальянская школа московской балерине, ныне народной артистке ССС, Екатерине Васильевне Гельцер. Как танцовщицу я всегда ставил ее выше Кшесинской. Отличаясь блестящей техникой, не уступавшей технике Кшесинской, танцы Е.В.Гельцер были значительно пластичней и мягче, чем у Кшесинской, грешившей иногда резкостью движений.
Всецело была обязана итальянской школе О.О.Преображенская, служившая отличным примером того, каких вершин может достигнуть танцовщица непрестанной работой над собой.
с.55
Совершенно в итальянском духе была и В.А.Трефилова, танцовщица с приятным, веселым лицом, очень напоминавшая мне Брианцу. Могу назвать еще Ю.Н.Седову, Л.Н.Егорову и А.Я.Ваганову – артисток, воспринявших от итальянской школы много полезного для себя.
с.56
Одновременно с Леньяни, разумеется, продолжала возглавлять нашу труппу Кшесинская, репертуар которой, благодаря захвату ею лучших свободных балетов, а также возобновлениям и новым постановкам, чрезвычайно расширился.
Неизменный успех Леньяни у публики был, конечно, Кшесинской, очень не по сердцу. Честолюбие все время толкало ее на разные интриги, чтобы выжить опасную соперницу. Это ей не удалось. На восьмом году службы в нашем балете Пьерина Леньяни принуждена была навсегда покинуть петербургскую сцену.
(Елена Гдльевна : мы рассматриваем историю через мемуары Кшесинской. Ей некому оппонировать, она всех пережила – В.С.)
с.82
(1904 год, юбилей Глинки, 100 лет). Картина балета «Боама» была поставлена по желанию Кшесинской, которой по видимости не давали покоя лавры, пожинавшиеся здесь в былое время Цуки.
с.92
(1906-1908). Летом я довольно часто гастролировал за границей, исполняя главным образом обязанности балетмейстера и выступая как артист. Всего я побывал за границей семь раз. Сначала я принимал участие в гастрольных поездках нашего балета, которые организовывал гельсинфорский кондитер Фацер. Балеринами у нас были Ии Т.П.Карсавина или Э.И.Лилль. Мы ездили преимущественно по разным городам Германии…
РГИА, Ф.580 (Ссудная Казна), оп.1, д.37
с.214-216
Вещи бывших членов императорской семьи в Петроградской Ссудной Казне:
1. Бывший великий князь Николай Михайлович Романов. 23.07.1914. 4 ящика, весом 3 пуда 33 фунта на сумму 500 000 руб.
2. Бывший великий князь Сергей Михайлович Романов. 25.07.1917. 1 ящик, весом 30 фунтов на сумму 425 000 руб. )судя по малому весу – бриллиантовые вещи – В.С.)
3. Александр Георгиевич Романовский герцог Лейхтенбергский. 22.08.1916. 3 ящика, весом 36 пуд.11 фунтов на сумму 25 000 . От него же: 3 ящика, весом 2 пуда 2 фунта на сумму 2 000 руб.
4. Михаил Георгиевич герцог Мекленбург-Стрелицкий. 1 ящик, весом 24 фунта на сумму 200 000 руб. ( очевидно – бриллианты – В.С.).
5. Николай Николаевич герцог Лейхтенбергский. 10 ящиков, весом 27 пуд. 33 фунта, на сумму 25 000 руб. От него же 1 ящик, весом 1 пуд. 8 фунтов, на сумму 5 000 руб.
6. Вклады Русского музея Императора Александра III. 4 ящика, весом 29 пуд.5 фунтов на сумму 300 000 руб. От музея также 1 ящик, весом 1 пуд 6 фунтов, на сумму 40 000 руб.
7. Вклады церкви Мариинского дворца. 1 ящик, весом 15 фунтов, на сумму 25 000 руб.
Вещи бывших членов императорской семьи в Петроградской Ссудной Казне:
1. Бывший великий князь Николай Михайлович Романов. 23.07.1914. 4 ящика, весом 3 пуда 33 фунта на сумму 500 000 руб.
2. Бывший великий князь Сергей Михайлович Романов. 25.07.1917. 1 ящик, весом 30 фунтов на сумму 425 000 руб. )судя по малому весу – бриллиантовые вещи – В.С.)
3. Александр Георгиевич Романовский герцог Лейхтенбергский. 22.08.1916. 3 ящика, весом 36 пуд.11 фунтов на сумму 25 000 . От него же: 3 ящика, весом 2 пуда 2 фунта на сумму 2 000 руб.
4. Михаил Георгиевич герцог Мекленбург-Стрелицкий. 1 ящик, весом 24 фунта на сумму 200 000 руб. ( очевидно – бриллианты – В.С.).
5. Николай Николаевич герцог Лейхтенбергский. 10 ящиков, весом 27 пуд. 33 фунта, на сумму 25 000 руб. От него же 1 ящик, весом 1 пуд. 8 фунтов, на сумму 5 000 руб.
6. Вклады Русского музея Императора Александра III. 4 ящика, весом 29 пуд.5 фунтов на сумму 300 000 руб. От музея также 1 ящик, весом 1 пуд 6 фунтов, на сумму 40 000 руб.
7. Вклады церкви Мариинского дворца. 1 ящик, весом 15 фунтов, на сумму 25 000 руб.
«Петроградская газета», 5 сентября 1917 г.
По случаю эвакуации прекращены приемы вкладов и выдачи заложенных золотых и серебряных вещей в Ссудной Казне. Вчера с утра у Ссудной Казны на Фонтанке стояла многочисленная толпа, жаждущая заложить или выкупить золотые и серебряные вещи, принимаемые Казной в залог и на хранение.
Ожидания толпы оказались напрасными. Кто-то из служащих объяснил, что с 4 сентября по распоряжению Временного правительства операции Ссудной Казны прекратился.
Как же так? Я хочу выкупить свои вещи? – со всех сторон сыпались вопросы.
Особенно волновались многочисленные торговцы золотом и бриллиантами, которые находили в Ссудной Казне безопасное место для хранения до поры до времени драгоценностей.
- Мы ничего не знаем! Ссудная Казна эвакуируется! – объясняли чиновники государственного ломбарда.
- Что будет с вещами? Вдруг они пропадут? Ведь оценка, да еще год тому тому назад, в несколько раз ниже теперешней стоимости? – слышались возмущенные голоса.
Что же касается выкупа ценных вещей, то на днях Казна будет открыта для выкупа их до определенного числа, только после чего Ссудная Казна эвакуируется с невыкупленными вещами.
----
Постановление Временного Правительства.
В виде временной меры Управлению Петроградской Ссудною Казною предоставляется право, в случае необходимости приостанавливать полностью или частью производство операций Ссудной Казны.
Подписал министр-председатель А. Керенский.
29 августа 1917 г.
(Комментарий: Матильда потеряла влияние в 1917 году. Уже не великие князья, но Александр Федорович Керенский правит бал. Претензии Матильды к большевикам, якобы они отняли ее бриллианты – необоснованны. Эвакуировали ценности ссудной казны по разрешению Керенского – В.С.)
«Биржевые ведомости». 5 сентября 117 г. (вечерний выпуск)
…У дверей Ссудной Казны толпится публика. Задают самые нелепые вопросы:
- А будут ли целы наши вещи?
- А если я уеду в Сибирь, где я получу свои вещи?
- А я хочу получить их сегодня!
- А как же будет с процентами?
Ожидания толпы оказались напрасными. Кто-то из служащих объяснил, что с 4 сентября по распоряжению Временного правительства операции Ссудной Казны прекратился.
Как же так? Я хочу выкупить свои вещи? – со всех сторон сыпались вопросы.
Особенно волновались многочисленные торговцы золотом и бриллиантами, которые находили в Ссудной Казне безопасное место для хранения до поры до времени драгоценностей.
- Мы ничего не знаем! Ссудная Казна эвакуируется! – объясняли чиновники государственного ломбарда.
- Что будет с вещами? Вдруг они пропадут? Ведь оценка, да еще год тому тому назад, в несколько раз ниже теперешней стоимости? – слышались возмущенные голоса.
Что же касается выкупа ценных вещей, то на днях Казна будет открыта для выкупа их до определенного числа, только после чего Ссудная Казна эвакуируется с невыкупленными вещами.
----
Постановление Временного Правительства.
В виде временной меры Управлению Петроградской Ссудною Казною предоставляется право, в случае необходимости приостанавливать полностью или частью производство операций Ссудной Казны.
Подписал министр-председатель А. Керенский.
29 августа 1917 г.
(Комментарий: Матильда потеряла влияние в 1917 году. Уже не великие князья, но Александр Федорович Керенский правит бал. Претензии Матильды к большевикам, якобы они отняли ее бриллианты – необоснованны. Эвакуировали ценности ссудной казны по разрешению Керенского – В.С.)
«Биржевые ведомости». 5 сентября 117 г. (вечерний выпуск)
…У дверей Ссудной Казны толпится публика. Задают самые нелепые вопросы:
- А будут ли целы наши вещи?
- А если я уеду в Сибирь, где я получу свои вещи?
- А я хочу получить их сегодня!
- А как же будет с процентами?
Графиня М. КЛЕЙНМИХЕЛЬ. Из потонувшего мира, П.- М., 1923
Рано вступивший на престол император (Николай II- В.С.), проведший всю жизнь в кругу семьи, которая даже, для охраны здоровья, выбирала ему метресс (эту же версию принял от графини Клейнмихель историк Эдвард Радзинский, без ссылок на первоисточник – В.С.), не был вожаком, и благодаря своей молодости, окружил себя юными офицерами, своими бывшими сослуживцами.
(Про Алексея, наследника):
…Вид этого маленького существа, постоянно на руках у здоровенного казака, производил на парадах удручающее впечатление. Как, это их будущий император? Этот маленький калека – в нем грядущее великой России?...
с.65
Доказательством того, как мало государыня понимала психологию людей, может служить то, что она добровольно отказалась от права раздавать молодым девушкам царский шифр, предоставив это вдовствующей императрице. Шифр для фрейлин считался большим отличием, дающим чин, равный чину супруги генерал-майора.
(Про Алексея, наследника):
…Вид этого маленького существа, постоянно на руках у здоровенного казака, производил на парадах удручающее впечатление. Как, это их будущий император? Этот маленький калека – в нем грядущее великой России?...
с.65
Доказательством того, как мало государыня понимала психологию людей, может служить то, что она добровольно отказалась от права раздавать молодым девушкам царский шифр, предоставив это вдовствующей императрице. Шифр для фрейлин считался большим отличием, дающим чин, равный чину супруги генерал-майора.
Елизавета ТИМЕ. Дороги искусства. М., 1967.
с.44
Были мы (с сестрой, в Мариинском театре – В.С.) свидетелями и позорных явленицй тогдашнего театра, столкнулись лицом к лицу с так называемой клакой. Возглавлял тогда клаку весьма самоуверенный господин, ничего не понимавший в искусстве балета. Однако перспектива щедрых наградных побуждала его уверенно браться за дело и определять успех или провал того или иного исполнителя. Господин этот рассаживал своих клакеров в четвертом ярусе и давал им инструкции, когда и кому хлопать. Эти инструкции давались в антракте, за стаканом пива. Когда на сцене появлялась танцовщица, чей состоятельный покровитель нанимал эту компанию мошенников, с высоты яруса раздавался неистовый рев и начиналась овация.
Студенческая молодежь, сидевшая на галерке, горячо возмущалась поведением клакеров и даже пробовала протестовать. Однако не так-то легко было бороться с явлением, органически вросшим в театральный быт.
Другим позорным явлением балета того времени была традиция, упомянутая еще в грибоедовском «Горе от ума»: «Танцовщиц держал, да не одну – трех разом!».
«Содержатели» танцовщиц – сытые лощеные господа, офицеры, крупные государственные чиновники – сидели, как правило, в левой половине партера на первых рядах. Особенное удовольствие для каждого из этих господ заключалось в хвастовтве перед приятелями дорогими безделушками, купленными для своей дамы. И вот молоденькая кордебалетная танцовщица, изображавшая обычно «у воды» (примечание автора: В большинстве балетов на заднем плане в качестве пейзажа рисовалось озеро или река. Кордебалет обычно располагался на заднем плане. Отсюда и произошло выражение «у воды») скромных пейзанок или рыбачек, кокетливо проходили вдоль сцены, сверкая дорогими бриллиантовыми кольцами и брошками. Легко понять, как мало походили они на девушек из народа! Зато господа из первых рядов подмигивали, пыхтели, аплодировали своим дивам Ии лениво выкрикивали: «Браво, браво!», что звучало у них в высшей степени небрежно: «Броу, броу!».
Такие нравы способствовали распространению мнения, что балерины, да и актрисы вообще, есть нечто не совсем приличное.
с.45
Ханжи, ссылались, например, на то, что артистки балета появляются на сцене полуобнаженными. Вокруг балета крутились люди, вносившие в театральную атмосферу склоку, каботинство (что это? – В.С.), ханжество и просто глупость.
….К моменту нашего (с сестрой – В.С.) знакомства с русской хореографией вокруг балетных новшеств разгорались страсти. В этой борьбе принимала активное участие и Матильда Кшесинская.
Современная молодежь знает эту фамилию, главным образом по названию особняка, расположенного в начале нынешнего Кировского проспекта (Ленин прославил Кшесинскую. Имена Ленина и Кшесинской неразрывны в истории. А если Ленин избрал бы другой особняк? – В.С.).
Особняк действительно принадлежал Кшесинской и был подарен (? – В.С.) ей одним из великих князей. Фавориткой наследника царя Кшесинская стала, едва окончив хореографическое училище. (см. слово «фаворит»-В.С.)
Это была маленькая, живая, очаровательная. Она умела нравиться. Для придворных кругов, подходивших к балетному искусству с собственной эстетикой прямолинейных потребителей, Кшесинская оказалась воплощением идеала танцовщицы: изящная, веселая, зажигательная на сцене и слишком добродетельная в жизни. (проверить цитату – В.С. Елена Гдальевна рассказывала, что в фаворитки царевичу предназначалась другая балерины. Она отказалась, В Москве ее за этот отказ восторженные студенты несли к поезду на руках. Проверить версию – В.С.).
Были мы (с сестрой, в Мариинском театре – В.С.) свидетелями и позорных явленицй тогдашнего театра, столкнулись лицом к лицу с так называемой клакой. Возглавлял тогда клаку весьма самоуверенный господин, ничего не понимавший в искусстве балета. Однако перспектива щедрых наградных побуждала его уверенно браться за дело и определять успех или провал того или иного исполнителя. Господин этот рассаживал своих клакеров в четвертом ярусе и давал им инструкции, когда и кому хлопать. Эти инструкции давались в антракте, за стаканом пива. Когда на сцене появлялась танцовщица, чей состоятельный покровитель нанимал эту компанию мошенников, с высоты яруса раздавался неистовый рев и начиналась овация.
Студенческая молодежь, сидевшая на галерке, горячо возмущалась поведением клакеров и даже пробовала протестовать. Однако не так-то легко было бороться с явлением, органически вросшим в театральный быт.
Другим позорным явлением балета того времени была традиция, упомянутая еще в грибоедовском «Горе от ума»: «Танцовщиц держал, да не одну – трех разом!».
«Содержатели» танцовщиц – сытые лощеные господа, офицеры, крупные государственные чиновники – сидели, как правило, в левой половине партера на первых рядах. Особенное удовольствие для каждого из этих господ заключалось в хвастовтве перед приятелями дорогими безделушками, купленными для своей дамы. И вот молоденькая кордебалетная танцовщица, изображавшая обычно «у воды» (примечание автора: В большинстве балетов на заднем плане в качестве пейзажа рисовалось озеро или река. Кордебалет обычно располагался на заднем плане. Отсюда и произошло выражение «у воды») скромных пейзанок или рыбачек, кокетливо проходили вдоль сцены, сверкая дорогими бриллиантовыми кольцами и брошками. Легко понять, как мало походили они на девушек из народа! Зато господа из первых рядов подмигивали, пыхтели, аплодировали своим дивам Ии лениво выкрикивали: «Браво, браво!», что звучало у них в высшей степени небрежно: «Броу, броу!».
Такие нравы способствовали распространению мнения, что балерины, да и актрисы вообще, есть нечто не совсем приличное.
с.45
Ханжи, ссылались, например, на то, что артистки балета появляются на сцене полуобнаженными. Вокруг балета крутились люди, вносившие в театральную атмосферу склоку, каботинство (что это? – В.С.), ханжество и просто глупость.
….К моменту нашего (с сестрой – В.С.) знакомства с русской хореографией вокруг балетных новшеств разгорались страсти. В этой борьбе принимала активное участие и Матильда Кшесинская.
Современная молодежь знает эту фамилию, главным образом по названию особняка, расположенного в начале нынешнего Кировского проспекта (Ленин прославил Кшесинскую. Имена Ленина и Кшесинской неразрывны в истории. А если Ленин избрал бы другой особняк? – В.С.).
Особняк действительно принадлежал Кшесинской и был подарен (? – В.С.) ей одним из великих князей. Фавориткой наследника царя Кшесинская стала, едва окончив хореографическое училище. (см. слово «фаворит»-В.С.)
Это была маленькая, живая, очаровательная. Она умела нравиться. Для придворных кругов, подходивших к балетному искусству с собственной эстетикой прямолинейных потребителей, Кшесинская оказалась воплощением идеала танцовщицы: изящная, веселая, зажигательная на сцене и слишком добродетельная в жизни. (проверить цитату – В.С. Елена Гдальевна рассказывала, что в фаворитки царевичу предназначалась другая балерины. Она отказалась, В Москве ее за этот отказ восторженные студенты несли к поезду на руках. Проверить версию – В.С.).
Подписаться на:
Сообщения (Atom)